Испытание
---------

*23 апреля 1799, Дели*

Не прошло и двух недель, с того момента как армия выступила из Агры на
Гвалиор, как Тревитик заявил мне, что готов продемонстрировать паровой
экипаж. Я немедленно поехал к нему в мастерские.

Он провел меня в огромный сарай, точнее ангар, где стояло на кованых
железных колёсах в человеский рост, украшенных внушительными
грунтозацепами, сооружение длиной с автобус нашего мира.

В передней части на открытой площадке было смонтировано сиденье
водителя, за ним немножко сзади располагался вертикальный котёл
сентиниэловского образца, установленный так, что можно было подбрасывать
уголь с места водителя, хотя отдельному кочегару это было удобнее.

Паровая машина была смонтирована под рамой, ближе к задней оси и
защищена от возможных неприятностей внушительным стальным листом. На
раме после котла не было ничего. Ровная грузовая площадка.

Я уселся на водительское место, Ричард занял место кочегара. На
манометре было целых 15 атмосфер, можно ехать. Я нажал педаль газа.
Тьфу здесь это, конечно, педаль пара, а не газа, и это сооружение плавно
тронулось с места.

Машина выкатилась из ангара, я с некоторым трудом повернул её и описал
круг по двору. Переключился на задний ход, сдал назад, выключил передачу
и вылез из-за руля. Грузовики я никогда не водил, поэтому после
маневрирования машиной непривычных габаритов, был весь в поту.

Тут послышался топот копыт, и во двор въехала Дженнифер:

— О, мальчики, вы steam truck построили? Дайте покататься.

Я смерил её взглядом:

— Учти, гидроусилителя руля нет, синхронизаторов в коробке передач тоже
нет, и вообще передачи лучше переключать, остановившись.

Тревитик с сомнением посмотрел на девушку:

— А вы справитесь с этой сложной техникой, мэм?

— Ерунда, я из висконсинской сельской глубинки. У нас там фермерские
дети учились водить трактор раньше, чем ездить на велосипеде.

— Ты хочешь сказать что это трактор? — обиделся за наше с Ричардом
детище я.

— Ну не будешь же ты утверждать, что это автомобиль! — 
возразила она.

Дженнифер решительно влезла на водительское место, повертелась там,
привыкая у немножко неудобной для ее роста дистанции до педалей, потом
взялась за рычаг переключения передач. 

Вела она эту машину, как сказано в одном из рассказов Киплинга, играючи.
Я даже немного позавидовал, особенно посмотрев как она паркуется задним
ходом рядом со стенкой ангара.

Девушка спустилась на землю.

— Не ожидал, что у тебя так ловко получится, — похвалил её я.

— Ты не представляешь, на чём приходилось ездить во время полевых работ
в Латинской Америке. Там было такое, по сравнению с чем ваше изделие
«Кадиллаком» покажется, — вернула она комплимент.

— Теперь я! — решительно заявил главный конструктор. 

— А вот вас, Ричард, придётся учить. И довольно долго.

— Как это так. Я инженер, я эту машину создал, и она получилась
настолько простой в управлении что даже женщина справляется.

— Дженнифер проехала за рулем различных механических траспортных средств
куда большее расстояние, чем я. А у меня стаж около лакха километров.

— А может быть загрузим побольше угля, и рванем в Гвалиор? — прервала
нас американка.

— Ага, вот сейчас только двадцатичетырехфунтовку в кузов закатим и
ударим автопробегом по бездорожью и разгильдяйству, — съехидничал я.

— Это как, по разгильдяйству? — переспросила девушка.

— Это цитата из великой русской литературы. Впрочем, тут, пожалуй,
стоит вспомнить другую цитату, из произведения, автор которого родится
буквально через десять лет. « вон какое колесо! что ты думаешь, доедет
то колесо, если б случилось, в Москву или не доедет?» - «Доедет», -
отвечал другой. «А в Казань-то, я думаю, не доедет?» - «В Казань не
доедет». Вот с этой машиной примерно то же. Две сотни километров до
Агры и ещё сотня до Гвалиора. Казалось бы, ерунда. У вас в Америке по
утрам на работу на такие расстояния ездят. 

Но ты учти, что это вообще первое транспортное средство с механическим
двигателем в этом мире. Не считать же телегу Кюньо. Ну, допустим, машину
мы поставили отработанную, у нас таких на заводах уже пара десятков, и да
на «Черепахах» уже две. Можно быть уверенным, что десяток часов она
проработает. Но трансмиссия, рулевая система, подвеска — всё
это новое и неиспытанное. Если в ближайшие пятьдесят километров
что-нибудь не сломается, я удивлюсь.

— А двадцатичетырехфунтовка зачем? — поинтересовался Тревитик.

— А зачем мы в Гвалиоре нужны без осадной артиллерии? Нашей армии там
нет, она уже в Сарангпуре. Там только заслон, не дающий гарнизону
вылезти из крепости и пошалить у нас на тыловых коммуникациях. Значит
там единственное дело — штурмовать крепость. Не бампером же ворота
вышибать.

— Я бы лучше погрузила всякое медицинское барахло, которое ваш
господин Архимед тут начал производить, посадила бы Ситору и поехала в
этот самый Сарангпур. Наверняка там после боя хороший врач будет не
лишним.

— Ну, восемьсот километров до Сарангпура мы точно без поломок не
пройдем. Потом это по здешним дорогам не меньше суток хода. Сколько у
нас сменных водителей? Васильич в Лахоре, остаемся я да ты. Ситора машину 
не водит, между прочим.
В общем давай эту машинку мы будем пока укатывать на полигоне. Наверняка
возникнут вопросы и с управляемостью, и с проходимостью. Можешь
поучаствовать, если хочешь.

