Возвращение Ясмины
==================

Прибытие в Лахор
----------------

*3 сентября 1798, Лахор*

Ясмина вывалилась из холодного английского полдня в удушливо-жаркий
индийский закат. Под нами расстилался огромный город обнесенный стеной. 
К  западу блестела река, к востоку белели палатки довольно крупного
военного лагеря.  На башнях города развевались флаги.

— Ага, — прошептала своим громовым шёпотом драконица. — Ранджит с
сикхским ополчением занимает город, а делийская армия разбила лагерь в
поле. Мы успели. Но еле-еле.


Она вошла в крутое пике и приземлилась прямо на одну из крепостных
башен. Стоящего на ней часового сбило с ног потоком воздуха, и если бы
она не придержала бы его передней лапой, он имел шансы выпасть в
амбразуру.

Через несколько секунд, дав только мне время спрыгнуть с чешуйчатой
спины, она приняла человеческую форму. 

Я протянул ей одежду, в которую она моментально вскользнула.

Когда сбитый с ног часовой немного пришёл в себя и стал воспинимать
окружающую реальность, вместо огромного дракона на башне стояла девушка
в сикхском дорожном костюме в сопровождении парня-европейца,
по-европейски же и  одетого. Ещё несколько секунд замешательства и
часовой узнал Ясмину.

Он вскочил на ноги, исполнил какой-то сложный военный салют и
приветствовал её на незнакомом мне языке. Наверное, на пенджаби. Урду,
которым здесь обычно пользюутся в войсках, Ясмина уже успела меня
научить. Конечно, не до такой степени, чтобы расшифровать аудиозапись
того, что говорил ей недоброй памяти Садху Пунджу, но всё же.
 
Часовой вытащил пробку из самой натуральной переговорной трубы и
закричал туда на почти удобопонятном урду:

— Бегума Ясмина прибыла на башню. 

Его там, внизу, явно не поняли. Вряд ли у переговорной трубы оказался
непосредственно владетель Гурджанвалы. А больше никто в войске не был в
курсе, что императрица способна перемещаться по воздуху. Если бы часовой
доложил о том, что кортеж бегумы замечен на такой-то дороге, это было бы
понятно.

— На башню опустился огромный дракон, и с него сошла бегума с одним
спутником-ференгом. Сейчас к вам спустится.


Начальник караула с ещё тремя солдатами встретил нас на предпоследнем этаже. Я подозреваю, что
он решил, что у часового на крыше голову напекло или что-то в этом роде,
и бегом бросился разбираться. Мы только на один этаж спуститься успели.


Когда он убедился, что Ясмина дествительно в башне, он по-моему,
вздохнул с облегчением. 

— Госпожа, господин говорил, что вы должны появиться, и приказывал вести
вас к нему в любое время.

— Веди, — милостиво разрешила Ясмина.

Начальник караула провел нас из башни через двор во дворец. Помочь мне
тащить весьма увесистый рюкзак с подарками из будущего никто и не
подумал. Видимо, приняли за слугу или ординарца. Ладно, с этим мы ещё
разберемся. 

Наконец мы вошли в какой-то зал. Там сидел по-турецки совсем молодой
парень с пером на тюрбане и с лицом, обезображенным оспой. На коленяж у
него была разложена карта, рядом стоял серебряный кальян и серебряный же
кубок, на которые он совершенно не обращал внимания.

— Господин, к вам Ясмина-бегум со спутником, — доложил наш
сопровождающий. Ранджит Сингх поднял глаза от карты и встретился
взглядом с Ясминой. В ту же секунду карта была отброшена в сторону,
полководец вскочил и в два шага преодолев разделявшее их расстояние
заключил девушку в объятия. Впрочем, буйная вспышка чувств продолжалась
считанные секунды. Потом молодой сикх моментально перешёл на деловой
тон.

Он коротко и ясно доложил обстановку, попросил Ясмину представить меня.

— Дорогая, — сказал он в конце концов. — Я понимаю, что ты устала после
перелёта между мирами, но есть дело, которое кроме тебя поручить некому.
Надо доставить сообщения нашим людям в той армии.

Ясмина выглянула в окно, где закатные лучи заливали башни и стены
крепости:

— Пожалуй, с началом этой операции надо подождать часок. Так что мы
успеем немножко перекусить.

— Ты уверена? — усомнился Ранджит. Времени до рассвета не так много.

— Я не думаю, что стоит размахивать драконьими крыльями на виду у всей
армии. Поэтому сейчас мне пришлось бы преодолевать расстояние до
лагеря противной стороны ногами, а то и кошачьими лапками, Фрр-р. Это в
любом случае займет больше времени, чем полёт вместе с ожиданием
темноты.

— Ты будешь там бегать в основном в кошачьем облике? — спросил я.
 
— Конечно. На кошку, снующую по лагерю, никто не обратит внимания.

Я полез в рюкзак, и достал что-то вроде разгрузочного жилета для кошки,
который мы изготовили в XXI веке. Ясмина повертела его в руках и
сказала:

— А во время полёта я его куда дену?

Пришлось доставать ещё и нашейную сумку для дракона.

Тем временем Ранджит Сингх взял из рук девушки кошачью экипировку и
внимательно её разглядывал. Жилетка была сшита из меха, похожего на
кошачий, и будучи надетой на Ясмину, смотрелась как часть шкуры, но,
когда её держишь в руках, видны капроновые
ремешки, пластиковая пряжка, которую достаточно удобно
расстёгивать-застёгивать лапой. Особенности для конца XVIII века не
совсем обычные

Но больше всего сикха  поразило не это.

— Удивительно, — сказал он. — Такая простая вещь, а никто в нашем мире
не додумался.

— Это ещё что, — проворчал я. — вот я еще вас флажному семафору и
полевым кухням научу.

Впрочем, как я и полагал, накануне решающей операции по подавлению
мятежа, владетель Гуджранвалы не был готов уделять сколько-нибудь
заметное время диковинкам из будущего.

Поэтому в последующий час участия в разговоре я почти не принимал. 

— Знаешь, любимая — сказал Ранджит Сингх Ясмине. — Далеко не все
сихкские мислдары будут рады твоему возвращению.

— Да? — удивилась она. — Ну я понимаю, мусульманская знать, особенно
старая, наследственная, я еще могу понять индуистских раджей, но
сикхи-то почему?

— Тут некоторые поверили, что я хочу отложиться от Империи и стать
самостоятельным магараджой. И уже подумывают как бы со мной породниться.

Ясмина прыснула. Про то что в нашей истории у Ранджита Сингха,
основателя Сикхской Империи было двадцать жен, она была в курсе.

— Ты смеешься, — возмутился он. — А они на полном серьезе мне тут дочек
подкладывают. Вот прямо сейчас. Как ты думаешь, что тут делает Датар
Каур из Накаи?

— Погоди, погоди, я что-то не помню у покойного Рана Сингха второй дочери. 
У него были три сына и одна дочка, которую зовут Радж. Она еще прошлой зимой
приезжала с братом в Дели, тогда же, когда и ты туда приезжал.

— Так это она и есть. Просто она учла что у меня в доме уже есть Радж
Каур — моя мать. И взяла себе другое имя. Гиан Сингх попытался мне тут
доказать. что его старший брат, Бхагван еще пятнадцать лет назад
договорился с моим отцом о нашем браке.

— Тогда она имеет приоритет перед Мехтаб. — опять улыбнулась Ясмина. — Помнится, мой отец помолвил вас с Мехтаб когда тебе было целых шесть лет.
И как она тебе вообще?

— Толковая девочка. И хараткер есть. Не будь у меня тебя и Дженни,
женился бы не раздумывая. Мехтаб всё-таки с одной Гуджранвалаой еще
как-то справляется с маминой помощью, а чего-то покрупнее не потянет.
Так что если бы мне нужна была соратница в государственном управлении,
то Датар была бы довольно неплохой кандидатурой.

— А как женщина она тебе как?

— Ты издеваешься, да? — возмутился юноша. — Я тут сижу и смотрю на тебя
влюбленным глазом и думаю, что вот сейчас стемнеет и вместо того, чтобы
держать тебя в объятиях я буду должен отпустить тебя в опасное
путешествие во вражеский лагерь, а ты спрашиваешь, как мне какая-то
другая женщина?


Когда стемнело, мы проводили Ясмину прямо с площади перед дворцом.
Лахорская крепость была занята сикхскими войсками и посторонних здесь не
было. А свои все равно узнают что на стороне дочери Короля-Дракона
сражаются драконы.

Потом мы вернулись в зал, Ранджит приказал подать чаю и спростил меня:

— А откуда тебя Ясмина притащила? И зачем?

— Откуда — из того мира, куда она ходила набираться знаний. У нас там
2003 год по христианскому календарю. Зачем — ну видимо, решила что одной
пришелицы из того мира вам тут мало. Насколько я понял из её рассказа,
Дженнфер — специалист по гуманитарным наукам. Что-то рассказать по тому,
как организовывать взаимодействие между людьми, как не спровоцировать
недовольство она может. Но в ближайшее время рост военной мощи
европейских стран будет в  первую очередь определяться не
организационными технологиями, все что могли на эту тему французы уже
показали, теперь вопрос только в том насколько скоро это усвоят все
остальные. Решающим фронтом будет развитие техники. 

И вот ровно это Ясмину во мне и зацепило — интерес к древней по нашим
меркам истории техники и умение объяснить на пальцах, почему она должна
работать так, а не иначе.

— Ты думаешь, это так принципиально, техника? Мне казалось что в области
техники мы сейчас Европе не уступаем. Вон ракеты в Майсуре есть, а у
англичан — нету. А чем они берут, так это организацией.

— Пока­— да. Но в ближайшие годы они все свои организаторские умения
пустят в развитие промышленности. В принципе, море вы им уже проиграли,
и его придется отвоевывать обратно. — Я залез в рюкзак и вытащил
купленную в Лондоне книгу Пьера Буге. — Вот тут, в  больше полувека назад
опубликованной книге, описано как строить корабли длиной триста футов.

— Но у Типу Султана есть флот, построенный с учетом опыта французов. Его
сам Сюффрен в своё время учил.

— Посмотрим, на что этот флот окажется способен. Я как-то не уверен, что
он сможет даже блокировать Мадрас против меньше чем десятка кораблей
Реньера. Но тут опять же вопрос скорее военной организации, чем военной
техники. С той техникой, которая у вас есть, воевать в принципе можно.

Мы еще часа два сидели, обсуждая особенности последних европейских войн
с точки зрения тактики и стратегии.

После этого Ранджит Сингх вызвал того же начкара, и приказал найти для
меня комнату и устроить на ночлег. Молодой офицер не выдержал и спросил
меня, офицер я или слуга, и если офицер, то почему таскаю тяжелый тюк
сам. Я объяснил ему, что грузоподъёмность дракона ограничена, и возить на
нем целую свиту получается плохо. Поэтому приходится обходиться без
слуг. 
