\* \* \*

*18 сентября 1798, Дели*

На следующий день после совета я заглянул ближе к вечеру на базаре в
палатку Раджива Дасса. Он уже заканчивал свою официальную работу — к
базарным писцам обычно обращаются поутру, и предложил посидеть в
близлежащей чайхане. Маленькая палатка писца была не слишком хороша для
конфиденциальной беседы.

После того как мы выпили по первой пиале чая, он спросил меня:

— А кто такая эта Дженнифер? Раньше я думал, что это просто амбициозная
девушка, которая решила пролезть во власть через постель Ранджита
Сингха и дружбу с Ясминой. Но вчера она изложила такой план, до
которого ни один мудрец не додумается. Кто ты — я более менее понимаю.
Механик, алхимик, военный инженер, притащенный Ясминой из какого-то
мира, где техника продвинулась несколько дальше, чем здесь.

«Хорошо, — подумал я, — что один мудрец додумался до того, что человек,
изложивший такой план, чего-то стоит. Может быть Дженни и удастся через
некоторое время начать напрямую работать с Дассом».

— Ну как тебе объяснить... — сказал я брахману. — Ты Генри Колбрука
знаешь?

— Это тот английский резидент в Пурнии, который недавно издал книгу про
сельское хозяйство и коммерцию? Ученик пандита Уильяма Джонса, который 
помер пять лет назад в Калькутте?

— Ну да. Что ты можешь сказать про его способности?

— Очень опасный инглез. Я бы с большой осторожностью отнесся к необходимости
напрямую столкнуться с ним в каких-нибудь тайных делах. Понимаешь, он
понимает индусов и мусульман почти так же хорошо как я. Но я сам индус.
А он европеец. А значит ещё и европейцев понимает, а я их знаю слабо.

— Ну вот представь себе, что в Англии есть несколько десятков таких
Джонсов и Колбруков. Некоторые работают в Индии, некоторые в Персии,
некоторые в Китае. Потом они возвращаются в Англию, обмениваются
мнениями о том, как правильно понимать душу других народов, готовят
учеников, посылают их опять в другие страны. Такие же люди есть во
Франции, в России, в недавно отделившихся от Англии Североамериканских
штатах. Они читают книги, которые пишут коллеги в других странах, когда
их страны в союзе — ездят друг другу в гости  и обсуждают свои работы,
потом союзы меняются, бывшие враги становятся друзьями и наоборот.

Так продолжается двести лет. Двести лет сотни людей изучают все
возможные народы, включая свои собственные, отрабатывают методы этого
изучения. А потом в университет в Североамериканских Штатах приходит
учится девушка. Она учится там пять лет, изучая труды учеников учеников
Колбрука и Уилкинса, работает в Гвиане, ездит обсуждать свои работы в
Глазго и Рим. А потом вдруг из своего мира, в котором с Рождества
Христова прошло более двух тысяч лет, попадает в этот, становится
подругой наследницы трона и искренне хочет ей помочь.

— Так получается, что когда ее Мирза Наджаф познакомил со мной и она
пыталась мне давать советы, она знала, что говорит?

— Да. Тебя, она правда, похоже не раскусила. Она не поняла что послушав
ее в течение нескольких часов на совете, ты поймёшь что тут не всё так
просто. Поэтому просила меня взять общение с тобой на себя.
