Artifact Content
Not logged in

Artifact d4cd4892562f6ab48952ac6846470ba60d144c6b:


Попаданцы
---------

*4 февраля 1799, Дели*

После мастерской Саваша я, наконец, добрался до дворца. На Дели уже
опустились густые тропические сумерки. В покоях Ясмины, куда меня
направила стража, горел яркий электрический свет.

— Откуда это, — спросил я у Дженнифер, которая ждала меня в кабинете
Ясмины. Самой императрицы что-то не было видно.

— А это твой трофей. В смысле, тот инженер, который работал на
наркоторговцев.  У него был целый грузовик всякого барахла, там нашлись
и светильники, и генератор.

— А чем он, его интересно, заправляет?

— О, это забавная история. Через два дня после того, как приехали эти
трое, тут появилась толпа нанятых тобой в Англии специалистов. И один
из них, француз Лебон, прямо с порога презентовал Ясмине угольный
газогенератор для освещения дворца. Прямо готовый с собой привез.

Васильич походил вокруг него,
походил, и сказал, что мол, нечего тянуть по всему дворцу трубы, и
вообще светильный газ штука довольно ядовитая. Пусть, мол, крутит мотор
на заднем дворе, а по дворцу провода протянем, это безопаснее.

Лебон был в шоке. Он тут пытался построить газовый двигатель, но у него
не получилось. А тут ему под большим секретом показали, что бывает.

— Одна только маленькая тонкость. — подумал вслух я. — Газовые фонари мы
запросто поставим на поток. А вот двигатель внутреннего сгорания вряд ли
так уж легко воспроизведем. Про светодиоды я уж и не говорю.

— Ну и ладно. Должен же императорский дворец быть уникальным. Тем более
что уж Ясмина-то всегда может сходить купить себе пару лампочек взамен
перегоревших.

— Ну дворец дворцом, а с Савашем ты Васильича познакомила?

— Нет, что ты. Эти пленники пока сидят в задних комнатах дворца. Лебон
познакомился с Васильичем только потому что очень активно лез внутрь
дворца со своими газовыми фонарями. Ясмина с него несколько страшных клятв
молчания взяла.

— А что там остальные европейцы поделывают? 

— Тебя ждут в основном. Тревитик вот сразу полез с Савашем паровую
машину доделывать. Вульфу я пока сунула в зубы учебник Полинга, а
лабораторию обещала потом, когда ты вернешься. Приставила к нему ещё
одного толкового брахмана, который у местной знати считается
специалистом по медленно действующим ядам. А то у него организм
настолько пропитан всякой гадостью по причине несоблюдения техники
безопасности, что непонятно как он вообще до своих лет дожил.

Но строить его по части соблюдения ТБ должен ты. Я не справлюсь. И даже
Ясмина не справится. 

Эммет работает с местными ракетчиками. Я ему никаких материалов из
будущего не давала. Пусть сначала местную школу воспримет.

— А что Ситора?

— Ты знаешь, я никак не могу понять, что с ней делать. С ней и
договориться толком не получается. На фарси она разговаривает с каким-то
ужасным акцентом, по-английски вообще связать два-три слова может.
Ясмина пыталсь разговаривать с ней по-латыни, но я латыни не знаю. В
общем она как-то замкнулась в себе и ничего я с ней поделать не могу.
Ты-то на каком языке с ней общался?

— На русском. Она же из Таджикистана. Это бывший СССР, все образованные
люди русский язык обычно знают лучше, чем английский. Ну и фарси у неё
такой, потому что это на самом деле не фарси, а таджикский. То есть
произношение-то ей поставить, чтобы её все здесь понимали, можно быстро.
Но ты говоришь, она замкнулась. Это очень плохо. Не знаю как её
вытаскивать. Я надеялся, что она найдет общий язык с тобой. Потому что я
с её точки зрения точно такой же бандит, как те наркоторговцы. Просто
одни бандиты победили других и забрали рабов в качестве трофеев. 

На этой фразе в приоткрытое окно проскользнула серая кошечка, и вот уже
около подоконника стоит императрица, обнаженная, но готовая метать громы
и молнии:

— Какие рабы? Откуда на моих землях рабство?

— Еще скажи, «вот сейчас разберусь как следует, и накажу кого попало», —
грустно усмехнулся я. — Рабство не на землях, а в голове у Ситоры. И как
её убедить в том, что она здесь не рабыня, а уважаемый специалист,
которого ценят за уникальную квалификацию, я не очень себе представляю.

— Тебе эта девушка чем-то дорога, — с подозрением спросила Ясмина.

— Уж не ревнуешь ли ты? — ответил вопросом на вопрос я. — Она дорога мне
в первую очередь своей квалификацией. Другого врача с законченным
медицинским образованием XXI века у нас нет. Ну и вообще мне её жалко.
Судьба обошлась с ней довольно жестоко. И распутать тот узел, который
завязался в её мозгу не менее необходимо, чем некогда алюминиевую
проволоку на кошачьих лапах. Вспомни, когда я брался спасать некую серую
кошку, я и не подозревал, что у этой кошки есть какие-то другие формы.

Ясмина немножко успокоилась, не спеша замоталась в сари, лежавшее на
кресле рядом со столом, и уселась в это кресло.

Дженнифер подтолкнула меня к еще одному креслу:

— А ты садись вот туда.

Я сел, и обнаружил что к подлокотнику прислонен СКС, один из тех что был
захвачен у наркоторговцев.

— А это ещё зачем? — поинтересовался я, похлопав ладонью по цевью.

— А тут на меня очередное покушение было. — пояснила Ясмина. — К счастью
это было как раз в тот день, когда привезли эти трофеи и один карабин
торжественно поднесли мне. А потом я уснула прямо на Павлиньем Троне —
очень суматошный день был. Поэтому когда в тронный зал ворвались эти
обормоты, я успела залечь за троном со скорострельным карабином и
продержаться пока не прибежали разбуженные выстрелами сикхи из твоей 
рампурской команды с такими же ружьями. Я их тогда оставила во дворце, чтобы
лишнего не наболтали.

Они этими плоскими штыками прекрасно работают как алебардами.

— По-моему в тронном зале ты могла спокойно принять истиный облик и
просто надавать мятежникам хвостом по голове.

— С ними был охотник на драконов. Покушающиеся на меня обычно в курсе,
что такое дракон. 

— А что, здесь и такое бывает? 

— Конечно бывает. Ты думаешь, тут драконы тысячи лет живут, так люди не
выдумали способов борьбы с ними? Почему драконы терпеть не могут лезть в
людскую политику? Потому что знают, что если люди всерьёз решать извести
драконов, из этого мира придётся уходить.

При некоторых индуистских храмах есть специальные школы, где готовят и
таких специалистов тоже. Этот был из Нагпура. Вообще храм Кали в
Нагпуре жуткое место. Он нам ещё не раз поперёк дороги встанет.

— А если огнемётом?

— Подкатить туда осадные гаубицы покрупнее и перемешать там всё с
землёй, это я бы с удовольствием. Была б атомная бомба, скинула б туда
не задумываясь. И сказала бы что я тут ни при чём, это они сами с
высшими силами заигрались. Но бомбы нет, а у раджи Нагпура субсидиарный 
договор с англичанами. Так просто туда не влезть.

— А кто на этот раз был в заговоре?

— Ну в общем примерно всё то же самое. Опять сыновья ханов.
Причём даже отпрыска потомков Тимура при них не было. Просто новые
порядки не по нутру были.
К сожалению, Дасс все последние месяцы полностью был погружен в аудские проблемы, и прошляпил.

— А может тебе на слежку за внутренними врагами другого человека
поставить?

— Ну не знаю. Вот Ауд месяц назад был внешней проблемой, а сейчас —
уже внутренняя. При этом это тот же самый Ауд, с тем же самым Вазиром
Али в качестве наваба. Саадата Али только нет. Но и у нас в Дели мы за
последние месяцы многих стариков поубирали. Кого в отдалённое поместье,
а кого и за решётку. Ну ладно, со своей безопасностью я как-нибудь сама
разберусь. Ты  лучше займись теми ференгами, кого по твоей милости
приволокли сюда. И теми, которые из Европы, и теми, которые из другого
мира. У тебя же были на них какие-то вполне определённые планы, которыми
ты с нами поделиться забыл.

Ясмина звонком вызвала служанку. Появилась та самая Зейнаб, про которую
я уже знал, что она была спутницей Ясмины во время полёта из Гудранвалы
в Джайпур и вообще девочка толковая. Императрица приказала её проводить
меня к «секретным гостям».

— А поручи-ка ей присматривать за Ситорой, — предложил я. — Должен же
кто-то научить её понятному здесь языку.

«Секретные гости» сидели в небольшой комнате и пили чай.

— Ну что же господа, — сказал я, входя, — Небольшие неприятности из-за
которых я не мог заняться с  вами сразу после вашего приезда в Дели,
кончились, и теперь я могу попытаться найти каждому из вас место.

Господин Архимед и Васильич наклонились вперед, внимательно слушая меня.
Видимо, вынужденное безделье им уже надоело. А Ситора стиснула губы в
прямую линию, как будто пытаясь не сказать какую-то резкость.

— Начнем с вас, Ситора Далеровна. Насколько я понял, у вас возникли
некоторые языковые проблемы. Ваш таджикский слишком сильно отличается от
местного фарси, английского вы не знаете, а латынью тут кроме самой
императрицы почти никто и не владеет. 

— Так эта девушка и есть императрица? — удивился Александр Филлипович. —
А вот вторая, которая говорит по-английски с неподражаемым 
янки-акцентом, она кто? Неужели Великий Визирь?

— Нет, Дженнифер формальной должности при дворе не имеет. Но как вы
могли догадаться, она, как и я, пришелец из XXI века. Я думаю, начав
вращаться в высших круга Империи вы скоро разберётесь кто тут есть кто.

Так вот, Ситора, Императрица решила выделить вам персональную служанку,
Зейнаб, — я приобнял девочку за плечи и вытолкнул перед собой. Надеюсь,
с её помощью вам удастся быстрее освоиться с каким-нибудь из популярных
здесь разговорных языков. А если возникнет ситуация, когда умения врача
из XXI века потребуются срочно, ну придётся мне или кому-нибудь знающему
латынь, поработать переводчиком.

Теперь с вами, господа. Основное зачем бы мне нужен был фармацевт, это
обеспечить Ситору более-менее эффективными лекарствами из будущего,
которые удастся получить. Но пока Ситора не готова приступить к
практике, я пожалуй, попрошу вас помочь одному очень интересному
человеку из Англии, освоиться с лабораторной техникой и техникой
безопасности. Вы, кажется, английским владеете совсем неплохо. Ну так
вот вам Питер Вульф. Знаете такого?

— Первооткрыватель пикриновой кислоты? У вас какой здесь год?

— *Здесь* 1176 по персидской солнечной хиждре. А в христианских странах 
сегодня 4 февраля 1799.

— Но вроде бы он никогда не совершал поездок дальше Парижа и Эдинбурга.

— Ну это в той реальности, откуда вы родом. А здесь я его лично
соблазнил, пообещав знакомство с совершенно неизвестой ему алхимической
традицией. В качестве таковой Дженнифер ему выдала учебник Общей химии
Лайнуса Полинга. 

— Современный учебник химии здесь, на рубеже XVIII и XIX века? Ну-ну.
Интересно будет посмотреть на его реакцию. 

— Вот прямо сейчас пойдете и
посмотрите. Кстати надо будет присмотреть вам там жильё. В квартале,
заселённом европейским специалистами вы будете как-то более на месте,
чем в потайных покоях императорского дворца. Вас, Сергей Васильевич, это
тоже касается.  Тем более что задач для инженера у нас гораздо больше,
чем для фармацевта. Одну паровую машину тут прямо сейчас без меня на
ресурсные испытания поставили, и ещё дел полно. А ещё есть Лебон, с
которым вы вроде уже познакомились. Я в основном рассчитываю на него как
на коксохимика, надо поднимать производство стали на порядок, если не на
два,  строить железные дороги, но среди его интересов есть и двигатель
внутреннего сгорания. В той реальности он почти ничего не успел, будучи
убит грабителями в Париже. 

\* \* \*

Осмотрев нашу с Савашем машину, Васильич не пришёл в такой восторг, как
Тревитик.

— Рихард, а не охренел ли ты? — спросил он. — Прямоточный водотрубный
котёл на 50 атмосфер при таком уровне металлообработки?  Немцы,
насколько я знаю, всю Вторую Мировую с такими котлами на эсминцах
мучались. Наши тогда так и не смогли довести единственный построенный
эсминец до проектной мощности.

Попытаешься делать их серийно, они у тебя будут рваться через один. К
тому же тропическая страна, вода наверняка жесткая, солоноватая, в
общем хреновая.  Я бы на твоём месте использовал что-то типа
сентениэловских котлов.  Это, конечно, не 50, а 15 атмосфер, но зато
куда менее требовательно и к технологиям металлообработки, и к воде, и к
квалификации обслуживающего персонала.

Ты же не для военного корабля котельную установку делаешь, а для кузниц
и ткацких мастерских.

— Эта машина сделана как раз для боевого корабля. Но вообще у меня есть
мысль, что надо делать как можно больше техники двойного назначения. И
ставить на боевые корабли машины и котлы, отработанные на речных
буксирах, паровозах или дилижансах. Мне ещё где-то нужно кадры
машинистов готовить. Морского флота у меня пока нет. Есть, конечно план,
когда англичане разобьют Типу-Султана, подать его морякам мысль сбежать
к нам. Но до штурма Серингапатама ещё полгода.

А вообще смотри сюда, —  я показал на небольшую коробочку, приткнувшуюся
на выходе из котла, — сюда и сюда.

— Ага, биметаллический датчик температуры, вижу. Вот от него пошел
тросик. Здесь манометр, тоже тросик пошел. Тут что? Вентилятор с
приводом от турбины Тесла? Хм... Нет, пожалуй если сюда микроконтроллер
какой-нибудь 32-битный поставить, я бы пожалуй взялся обеспечить работу
этого котла даже не в слишком грамотных руках. А что у тебя в этой
коробочке? — он потянулся с гаечным ключом к небольшому металлическому
ящичку, в который уходили гибкие тросики от всех дачиков и от клапана
паропровода на турбине вентилятора. — Ты что, правда сюда
микроконтроллеров приволок?

Открутив гайку, он откинул крышку и с изумлением воззрился на
эксцентриковые рычаги сложной формы, связанные зубчатыми передачами и
подпружиненные.

— И кто ж тебе это извращение сконструировал? И главное, я не понимаю,
как можно было вот эту кривую получить, — он провел пальцем по блестящей
маслом поверхности эксцентрика.

— Я сам сконструировал. — довольно улыбнулся я. — Я еще в студенческие
годы увлекался номограммами. А это, собственно та же номограмма, только
результат снимается не линейкой и глазами, а вот этим рычагом и сразу
подается на клапаны подачи пара вентилятору и водяному насосу.

— Но рассчитать-то как? Только не говори, что форма этой кривой получена
с помощью натурных экспериментов и подпиливания напильником по месту. Не
поверю.

— И не верь. У меня-то компьютер есть и довольно мощный. Честно решал
численно систему дифференциальных уравнений.  А теперь это можно
спокойно тиражировать. Примерно от десяти до двухсот лошадиных сил
пересчитывать ничего не придется. 

Васильич задумался. Через некоторое время он сказал:

— Нет, прямоточный змеевиковый котёл, это вещь. Надо подумать, как бы
сделать их действительно серийной продукцией. Для начала надо чтобы
трубки не приходилось вручную выделывать. Трубопрокатный стан нужен.