Artifact Content
Not logged in

Artifact ab6df6588593b129677cdcb8f3427292ea902406:


Тайная прогулка по Дели
-----------------------

*20 июня 1798, Дели*

Ясмина приземлилась в Дели за час до рассвета. Зейнаб подала ей одежду,
та быстро оделась и куда-то направилась. Зейнаб попыталась последовать
за ней, но тихо ойкнула на первом же шаге.

— Госпожа, я не могу.

— Что такое?

— Я стерла себе внутреннюю сторону бедра. Больно, не могу идти.

— Ох, бедняжка! Я же не подумала что тебя не учили с детства верховой
езде. Надо было ранджитова оруженосца брать. Ну-ка давай сюда сумку и
спускай шаровары. 

Через десять минут ноги Зейнаб были заклеены пластырем, и она хоть и
прихрамывая, смогла поспевать за госпожой.

— Придется поменять планы. Пойдем сначала к пандиту Вирасами. Он тебя
подлечит лучше моего.

От этого квартала было не так уж далеко до дворца, а дом придворного
звездочёта и алхимика — как раз на полпути.

Это был обычный дом не слишком зажиточного горожанина, с маленьким
садиком за высоким дувалом. И не скажешь что здесь живёт придворный
алхимик и астролог,
обласканный самим падишахом.  Пандит Вирасами Рахман был выходцем из
Тамилнада, откуда-то с крайнего юга индийского полуострова,
дважды рождённый, получивший прекрасное образование. Почему он не
остался на юге, при дворе Типу-сахиба, а стал искать счастья в
мусульманском Дели, он не особо распространялся. Жил он скромно,
постоянных слуг в доме не держал. Поэтому Ясмина могла быть уверенной,
что никто не узнает об её ночном визите.

— О, принцесса пожаловала, — не скрывал своей радости пандит. Он быстро
запер дверь за Ясминой и Зейнаб, провел их в дом, зажег маленькую
жаровню, на которую поставил чайник. Натертые ноги Зейнаб были быстро
обработаны какой-то ароматной мазью, после чего служанка усажена куда-то
в угол, а принцесса и хозяин начали разговоры о политике.

После получаса беседы, обсудив со словоохотливым астрологом всех
более-менее значимых персон в Дели и их отношение к Гази Ферозу и
Музаффару Али Гаухару, который после гибели Сираджуддина Багатура
оказался наиболее подходящим  претендентом на трон, Ясмина сказала:

— Ну, я, пожалуй, пойду. Мне ещё кое-кого посетить надо. 

Астролог резко вскочил с подушки на ковре, на которой он сидел, и
надавил обоими руками на плечи не успевшей встать девушке.

— Никуда ты не пойдешь!

— Пандит Вирасами, ты соображаешь, с кем разговариваешь? — ледяным тоном
спросила Ясмина.

— Соображаю. С государственной преступницей, свергнутой с трона
претенденткой, — со злорадством в голосе ответил тот. — Вот всю ночь
буду с тобой развлекаться, а утром сдам Гази Ферозу. И в дракона тебе
сейчас не обернуться, дракон в этой комнате просто не поместится. Это
ведь я подсказал ему, что ты попытаешься улететь  и посоветовал
поставить перед дворцом воинов с инглезскими штуцерами. Он так и не
понял, что такое драконы. А я, поскольку я лечил и тебя, и отца, про это
знал.

Конечно, Ясмина могла обернуться не только в дракона, о чем пандит
Вирасами, похоже, не знал. Но в данном случае она не видела в этом
необходимости. Когда-то пандит может быть и владел какими-то боевыми
искусствами. Но несколько десятилетий малоподвижной жизни привели к
тому, что он, хоть и не растолстел, форму явно потерял. Резким движением
она вывернулась из его захвата, и, упав ему под ноги, ударила левой
рукой в пах,  потом вскочила, и
оказалась у него за спиной. 

Еще через несколько секунд все было кончено. Труп астролога со сломанной
шеей лежал на полу, а принцесса стояла над ним и тяжело дыша смотрела на
дело своих рук.

Зейнаб осторожно выбралась из угла:

— Госпожа, это вы его как?

— Очень просто, Зейнаб. Он не рассчитывал на то что женщина может оказать
сопротивление. Обычно женщина в такой ситуации теряется. А меня всё-таки
учили военному делу лучшие учителя, каких только смог найти отец. 

Теперь  давай тихо выйдем отсюда и закроем дверь.

Через пару кварталов навстречу Ясмине и Зейнаб попалась группа из
нескольких дворцовых слуг, хорошо знавших дочь шаха в лицо. 
Принцесса еле успела укрыться в тени росшего
на улице старого платана. После того как слуги прошли мимо, она сказала
Зейнаб:

— Что-то боюсь, тут слишком много могущих меня узнать. Давай-ка я
превращусь в кошку, а ты меня понесёшь на руках. Тебя здесь не знает
никто, ты из Гуджранвалы никогда не выезжала. А я тебе буду дорогу
показывать.

Зейнаб очень не хотелось идти по незнакомому ночному городу одной, но
приказ есть приказ. Она собрала в сумку сброшенную при трансформации
одежду, взяла серую кошечку на руки и пошла по улице.

До самого дворца она дошла без происшествий, но парой кварталов дальше
ей встретилась пара подвыпивших гвардейцев.

— О, гляди какая куколка, — ухмыльнулся один из них. 

— Просто прелесть, — поддакнул второй. — Наверняка она рада будет
доставить удовольствие двум доблестным гвардейцам нового падишаха.

Зейнаб задрожала от ужаса, не зная что делать — то ли бежать, то ли
кричать. Жизнь на женской половине дворца наместника, в качестве
доверенной служанки его жены не давала опыта, что делать в таких
ситуациях. Ясмина, сидевшая у неё на руках, прекрасно это почувствовала,
и мозг ей затопила багровая драконья ярость: «Как! Это… покушается на
*моего* человека?!». Она прыгнула с рук служанки в лицо гвардейцу на
лету меняя форму с маленькой домашней кошки на некрупную пантеру. И
размер когтистой лапы, залепившей тому по уху был весьма внушителен.
Оглушенный гвардеец упал.
Второй бросился бежать, но огромная кошка оттолкнувшись выпущенными
когтями задних лап от лежащего тела в один прыжок его настигла и впилась
клыками в шею. 

Постояла пару секунд около безжизненного тела, брезгливо отряхнула лапы,
превратилась опять в маленькую серую домашнюю киску и подбежала к Зейнаб с явным намерением запрыгнуть ей на руки. Для
той, видимо, концентрация ужаса была запредельной. Она безропотно
подставила руки прыгнувшему зверьку, и подчиняясь выразительным жестам
кошачьей морды продолжила путь.

Около одного из домов, лепившихся к городской стене у подножия башни
Мартелло, Ясмина спрыгнула с рук служанки и в темном уголке приняла
человеческую форму.

— Сейчас я полезу в этот двор в виде кошки. Ты спрячься здесь в углу и
жди, пока я тебя не позову. 

Потом опять перекинулась в кошку и одним прыжком запрыгнула на
подоконник и проскользнула в решётку незастеклённого окна.

Раджив Дасс сидел в позе лотоса, не разжигая лампы, и размышлял.
Размышления у него были невесёлые. Он был доверенным лицом Мирзы
Наджаф-Хана, можно сказать начальником департамента тайных операций. Но
когда умер Аздахак-Шах, и был убит при перевороте Мирза-Наджаф, это,
весьма прочное положение вдруг оказалось пшиком. Кто теперь знает, что
представляет собой скромный брахман, подрабатывающий писцом на городском
базаре? Вся его замечательная агентурная сеть, на создание которой он
потратил больше десяти лет, рассыпется в полгода, если иссякнет питающий
её поток золота. Обратиться к заговорщикам-победителям? Но во-первых,
эти «сыновья ханов», как называли в Дели наследственную аристократию, в
отличие от пришельцев-мусульман из Персии и Афганистана, вызывали у него
глубокое отвращение. Такой снобизм на ровном месте. Никто из «новых
мусульман», прекрасно понимающих, что здесь один правоверный на сотню
индусов, и не подумал бы силой загонять народ в свою веру. Вон Акбар
Великий в своё время даже джизию отменил, считая что налоги все
подданные должны платить одинаково. А эти...

Можно, конечно, податься к сикхам. Аздахак-шах ухитрялся их удерживать в
лоне Империи, но теперь-то они точно отложатся, если Алам II усидит на
троне. 

В окно мягко впрыгнула незнакомая серая кошка. Приземлилась на пол и
вдруг на месте её стоит юная девушка, прикрытая только длинными, до
лопаток, распущенными волосами. Галлюцинации от чрезмерного умственного
напряжения? Нет, не похоже. В конце концов о том, что шах умеет
принимать не только облик дракона, но и облик кота, Раджив знал. А
значит, его дочь...

— Ваше Величество, чем обязан вашим визитом в это скромное жилище?

— Да послать больше некого было, пришлось самой, — махнула рукой Ясмина. — 
Я надеюсь, что ты, в отличие от Вирасами Рахмана мне верен? (А если
нет, — подумала она, — Придется в пантеру оборачиваться. С этим я в
человеческом облике не слажу.)

— А что с пандитом Вирасами? — поинтересовался разведчик.

— Как оказалось, он предал меня давно. Это он подсказал
заговорщикам, как не дать мне улететь в драконьем облике. Хорошо, что он
не знал, что у меня есть ещё и кошачья форма. А сегодня он пытался меня
схватить и продать заговорщикам. Утром, я думаю, труп найдут.

Но давай, прежде чем вести беседы на политические темы, впустим в дом
мою служанку с моей одеждой. А то ночь прохладная.

Ещё через два часа Раджив Дасс провожал Ясмину и Зейнаб, улетавших в
сторону Джайпура. Настроение его кардинально изменилось. Он теперь знал к
кому обратиться в Гуджранвале и Армитсаре в случае чего, но главное, он
теперь знал, что наследница Аздахак-шаха помнит о его существовании и
ценит его работу.

\* \* \*

На следующее утро падишаху Аламу II доложили о смерти пандита Вирасами.
Неизвестный проник в дом астролога и довольно грубым приёмом, требующим
большой физической силы, сломал ему шею. При этом ничего из дома
украдено не было. Пока Алам II и его визирь Умад уль-Мульк обсуждали эту
проблему, явился сотник гвардии и доложил что гвардейцы видели ночью в
городе ракшасов. Мол шла колдунья, и когда они сказали ей пару
комплиментов, маленькая кошка на руках у неё превратилась в огромную
пантеру, сбила одного из гвардейцев с ног и порвала когтями, а второго
загрызла насмерть.